экзамены

подготовка


    Вопрос 1. Становление древнерусской государственности. Норма

    Поделиться

    Admin
    Admin

    Сообщения : 74
    Дата регистрации : 2011-01-27

    Вопрос 1. Становление древнерусской государственности. Норма

    Сообщение  Admin в Пн Янв 31, 2011 9:16 pm

    Становление древнерусской государственности
    1. Славяне Восточной Европы в V - VIII вв.

    Достоверные сведения о славянах историческая наука имеет лишь с V - VI вв. н. э. Более ранняя же их история весьма туманна. Среди историков нет единства по вопросу об этногенезе (происхождении) славянства. Одни считают необходимым все племена, когда-либо обитавшие на территории между Дунаем, Днепром и Вислой, зачислять в предков славян, и являются сторонниками раннего зарождения славянского этноса (Скажем Б.А. Рыбаков ведет его историю с XV в. до н. э.) - "автохтонная" (аборигенная) теория; другие полагают, что славянская общность, напротив, имеет весьма позднее происхождение, относящееся лишь к середине I тысячелетия н. э. Наконец, третьи пытаются понять процесс происхождения славян через их взаимодействие с другими этническими группами, приходя к выводу, что славянство складывается в самостоятельный этнос в результате достаточно длительного процесса взаимных воздействий множества самых различных народов весьма обширных пространств Европы.
    Но каковы бы ни были истоки славянства, в V - VI вв. они заселяют значительную территорию от Балканского полуострова на юге до Балтийского побережья на севере и от верховьев Волги на востоке до Вислы и Одера на западе. Весьма примитивный характер земледелия заставляет славян постоянно менять место жительства, однако по мере совершенствования технологии обработки земли образ жизни населения приобретает все более оседлый характер. Земледелие же во многом определяет и общественный уклад. Главной чертой общественной жизни этого периода являлся коллективизм, вырастающий из невозможности силами одной семьи осуществлять весь цикл сельскохозяйственных работ. Коллективным был не только труд, но и собственность, и распределение, что порождало, в свою очередь, очевидное равенство всех членов данного коллектива. Такое общество и управлялось при помощи коллективного органа - народного собрания всех членов общества - веча.
    Однако постепенно традиционный уклад жизни начинал разрушаться. Развитие производительных сил, позволившее производить коллективу больше, нежели минимальный прожиточный уровень, по-новому поставило проблему распределения. Постепенно начинают выделяться особые общественные группы, получающие большую, нежели остальные члены коллектива, долю созданного им продукта (что вполне объяснимо той особенной ролью, которую они играют в жизни этого общества). Это, прежде всего, так называемая, племенная верхушка - старейшины, вожди и жрецы, - все чаще превращающая исполнение своих функций в свое наследственное владение. Накопление богатств особенно активно происходит в результате успешных столкновений с другими племенами, что приносит не только дополнительный прибавочный продукт, но и тех, кто его может создавать - рабов, являющихся коллективной собственностью данного племени и не обладающих какими-либо реальными правами. Таким образом, в рамках славянского общества складываются условия для возникновения как внутриплеменных, так и межплеменных противоречий, которые все более раскалывают коллективистский уклад жизни.
    Особый вклад в проявление этих противоречий вносили постоянные войны, усиливавшие и без того высокую роль племенной верхушки, с одной стороны, и увеличивавшие количество рабов - с другой. В то же время длительное время сохраняет свое значение и старый родоплеменной уклад с его вечевыми порядками. Фактически мы имеем дело с переходным периодом, когда старое и новое сосуществуют вместе. Этот-то период обычно и определяется как строй "военной демократии". Хотя перемены происходили в укладе жизни всего славянства, само оно едва ли не с момента своего возникновения отнюдь не было единым. Исследователи выделили несколько основных славянских групп: южную, западную и восточную. Восточные славяне к VII - VIII вв. заняли весьма обширную территорию в четырехугольнике: Финский залив - Карпаты - Черноморское побережье - верховья Волги и Дона. В свою очередь и они представляли из себя весьма разношерстный конгломерат союзов племен, именуемых в летописи "Повесть временных лет" как поляне, ильменские словене, древляне, дреговичи и др. По-видимому, первые два союза являлись наиболее развитыми, что позволяло им доминировать в восточнославянской среде.
    Соседями восточных славян на северо-западе были скандинавские народы, более известные среди славян как варяги, норманны, на юго-востоке - кочевые племена хазар. На юго-западе через Черное море был прямой выход на одно из крупнейших государств того времени - Византийскую империю. Отношения с этими важнейшими соседями для восточных славян развивались весьма непросто. Если Византийская империя являлась для них в течение длительного времени объектом агрессии, то, в свою очередь, славянские земли сами подвергались нападению со стороны хазар и варягов. В отдельные периоды славянским племенам приходилось даже уплачивать дань последним. Впрочем, периоды войны сменялись миром, во время которого активно развивались и торгово-хозяйственные отношения между ними. Как раз через славянские территории проходил знаменитый путь "из варяг в греки", чем, собственно, они и были привлекательны для "находников".
    Таким образом, торговля и война, попеременно сменяя друг друга, все больше изменяли уклад жизни славянских племен, вплотную подводя их к формированию новой системы отношений.
    2. Образование Древнерусского государства

    Изучение проблемы образования государства у восточных славян в течение длительного времени было неотделимо от рассказа "Повести временных лет", обычно именуемого "легендой о призвании варяжских князей" (или "норманнской" легендой). В ней говорится о событиях начала 60-х гг. IX в., когда среди ряда северных славянских племен возникли острые разногласия ("встал род на род"). Разрешить этот конфликт оказалось возможно лишь с помощью обращения к одному из варяжских князей (конунгов) Рюрику, представителю племени, известного летописцу как "русь", который согласился "княжить и володеть" в Новгороде. Вслед за этим два его боярина Аскольд и Дир обосновались в Киеве, что означало овладение варягами основными восточнославянскими центрами. По сообщению летописи это произошло в 862 г. Через двадцать лет новгородские и киевские земли были объединены князем Олегом.
    Именно этот рассказ, обнаруженный немецкими учеными, работавшими в России в первой половине XVIII в. (Г.-Ф. Миллер, Г.-З. Байер, А.-Л. Шлецер) лег в основу теории, получившей название норманизма, и стал отправной точкой длительного и ожесточенного спора, отзвуки которого слышны и до сего дня. Ученые (и не только) разделились на два лагеря - норманистов и антинорманистов по вопросу об образовании Древнерусского государства. Одни из них с большой долей доверия относились к сообщению летописца (Н.М. Карамзин, С.М. Соловьев и др.), другие же - резко опровергали ряд фактов, приводимых "Повестью временных лет", таких, например, как этническая принадлежность Рюрика (его называли и славянином, и финном, и готом и т.д.) или происхождение названия "Русь" от наименования скандинавского племени "русь" (среди наиболее известных антинорманистов - М.В. Ломоносов). Впрочем, сегодня эти споры заметно утратили свою актуальность (хотя следы их еще время от времени встречаются, как правило, в околонаучной литературе). Сегодня все больше центр дискуссии смещается с проблем второстепенных, каковыми несомненно являются вопросы родословной Рюрика или племенного названия, к вопросам более существенным - к действительным причинам возникновения ранних государственных образований.
    И здесь, прежде всего, встает вопрос о реальных взаимоотношениях славян с их соседями.
    Эти отношения были весьма напряженными. Славяне подвергались натиску с двух сторон: с севера на них оказывали давление скандинавские племена, с юга же им приходилось противостоять нападениям степных кочевников. Но если последние были для славян не просто враждебны, а еще и чужды по образу жизни, то с варягами у них обнаруживались и общие интересы: их связывало единое стремление к совершению грабительских походов на богатые владения Византии. Тем самым, создавались условия для заключения между ними своеобразного соглашения, которое бы установило определенный баланс сил в этой части Европы: славяно-варяжское объединение с целью совместного натиска на Византию и противостояния кочевникам. Конечно, "соглашение" это было весьма условным, оно, во многом было "заключено" под давлением, но все же обоюдная заинтересованность славян и варягов друг в друге была несомненной. К тому же, как видно даже из летописного рассказа, славянское общество все больше погружалось в пучину конфликтов, урегулировать которые самостоятельно становилось все более сложно. Возникла потребность во внешнем арбитре, не могущем быть заподозренным в симпатиях к той или иной конфликтующей стороне.
    Таким образом, Древнерусское государство возникло как результат разрастания противоречий внутри славянского общества, не могущих быть разрешиться изнутри самого этого общества и вынужденного поэтому, в целях самосохранения, прибегнуть к помощи внешней силы, с которой оно, к тому же, имело совместные интересы.
    Естественно, не варяги создали Древнерусское государство; мы имеем дело с процессом двусторонним (а еще точнее - с многосторонним), в котором внешние и внутренние факторы равнозначны и неотделимы друг от друга. Дело здесь отнюдь не в более высоком уровне культуры того или иного народа (они приблизительно равны, хотя не могут не различаться, но не по линии "выше" - "ниже"), дело в соединении разнородных элементов, синтез которых порождает совершенно новый сплав.
    Первые правители Древнерусского государства - Рюрик, Олег, Игорь, Святослав, Владимир I - варяжские по этнической принадлежности князья, активно опирающиеся в своих действиях на варяжские дружины и нередко рассматривающие Русь как временное местопребывания (как, например, Святослав, мечтавший перенести столицу из Киева на Дунай). Однако постепенно, по мере проникновения в дружинную среду славянской племенной верхушки, а также в результате отпора, полученного со стороны Византийской империи, завоевательные устремления стали ослабевать, превращая Русь в самодостаточное, самоценное образование и для самих ее правителей.
    Это создало условия и для постепенного становления Руси как государственного образования со свойственными всякому государству функциями.
    Первоначально эти функции были крайне примитивны и являлись продолжением тех целей, которые, собственно говоря, и создали Древнерусское государство - они были направлены по преимуществу за пределы Руси.
    Основные устремления древнерусских князей - это грабительские походы на земли соседних народов - Византию (Аскольд и Дир в 866 г., Олег в 907 г., Игорь в 941, 944 гг., Святослав в 970-971 гг., Владимир в 989 г., Ярослав в 1043 г.). Болгарию (Святослав в 968 г., Владимир в 985 г.) и др. Речь, однако, шла не только о военной добыче или последующей дани, эти походы являлись одновременно и своеобразным средством выработки стабильной системы торговых отношений ( Договоры с Византийской империей 912, 945, 1046 гг.), создания, говоря сегодняшним языком, "режима наибольшего благоприятствования" русско-византийской торговле.
    Другой задачей, также вытекавшей из тех оснований, на которых государство возникло, являлась оборона славянских земель от натиска последовательно сменявших друг друга степных кочевников - хазар, печенегов, половцев. Нередко эта борьба со "степью" по форме мало чем отличалась от завоевательных походов и приносила несомненные успехи, как, например, Святославу, сумевшему в 965 г. полностью разгромить Хазарский каганат, или Ярославу, прекратившему набеги на Русь печенегов (1036 г.). Однако давление степи было постоянным и непрерывным на протяжении, по крайней мере, IX - XII вв., а, следовательно, неизменной оставалась и задача обороны древнерусских границ.
    Впрочем, границ у этого государства поначалу тоже не было, поскольку не существовало точно очерченной территории, подвластной русским князьям. Им еще только предстояло решить эту задачу формирования государственной территории. Поэтому "внутренняя" политика Древнерусского государства на первых порах мало чем отличалась от тех действий, которые русские князья производили за его пределами. Иначе говоря, наряду с внешними завоеваниями, русские князья активно занимались присоединением, причем, отнюдь не всегда добровольным, тех или иных славянских (и не только славянских) племен. Летопись пестрит сообщениями о походах того или иного князя в соседние славянские земли (Олег присоединил земли древлян в 883 г., северян в 884 г., радимичей в 886 г.; Святослав - вятичей в 966 г.; Владимир - радимичей в 984 г.). Причем, даже присоединение не всегда гарантировало полное их подчинение, о чем свидетельствовало, в частности, восстание древлян против князя Игоря в 945 г. Впрочем, эта борьба (ее можно было бы определить в сегодняшней терминологии как "национально-освободительную") имела и иной смысл: она ограничивала аппетиты завоевателя, создавая основы для формирования более прочной системы отношений в рамках складывающегося государства. То же восстание древлян привело к созданию точных размеров дани с них (а позднее и других славянских племен), что способствовало перерастанию дани как формы военной контрибуции в дань как форму натурального налога, превращая полюдье (сбор дани) из едва ли не военной операции в тривиальную налоговую кампанию. Вырабатывается и другая важнейшая функция государства - посредническая, арбитражная. Князь становится не только олицетворением силы, которому следует подчиняться из страха, князь - это воплощение справедливости, он есть та внешняя "незаинтересованная" сила, которой можно и должно доверить разрешение внутренних споров, суд. В то же время, князь не является источником права, он лишь его носитель, выразитель тех правовых норм, которые были созданы традиционным укладом в славянской и варяжской среде. Это вполне отчетливо проявляется в дошедшем до нас памятнике древнерусского права - "Русской правде". Таким образом, складывается ситуация, в которой князь, как бы принуждая население к заключению с ним договора, сам, в то же время, обязан неукоснительно соблюдать его условия.
    Примитивность функций государства порождает и элементарность его структуры. Во главе государства стоит князь, его советниками выступают бояре ("старшая дружина"), основную же исполнительную (по преимуществу - военную) несут рядовые дружинники. Отношения между ними весьма демократичны и ничем не напоминают отношений монарха со своими подданными. Дружина может воздействовать на принятие князем решения, бояре могут иметь собственные дружины и, порой, весьма независимы от князя. Жесткое подчинение ограничивается лишь периодом военного времени, впрочем, достаточно длительного.
    Таким образом, функции и структура Древнерусского государства с очевидностью свидетельствуют о несомненном военном характере этого государства, приспособленном исключительно к решению военных задач. Соответственно, в случае перехода к решению невоенных задач, такое государство оказывалось бы неустойчивым, что означает, что оно несло уже в себе самом элементы временности, возможность распада.
    Фактически, Древнерусское государство еще не вполне государство, это, скорее, "полугосударство", некое образование с зачатками государственности, зародыш будущего государства.
    Образование Древнерусского государства имело существенное значение для международной обстановки конца I - начала II тысячелетия н. э., создав оборонительный рубеж между Западом и Востоком, усилив натиск на Византию, способствовавший ослаблению последней, наконец, фактически завершив оформление "ареала" раннесредневековой западной цивилизации.
    Древнерусское государство стало колыбелью становления древнерусской народности, ставшей основой трех современных славянских народов - русского, украинского и белорусского.

    Норманская теория.
    Норманская теория — один из важнейших дискус-сионных аспектов истории Русского государства. Сама по себе эта теория является варварской по отношению к нашей истории и к ее истокам в частности. Практически на основе этой теории всей русской нации вменялась некая второстепенность, вроде бы на достоверных фактах русскому народу приписывалась страшная несостоятельность даже в сугубо национальных вопросах. Обидно, что на протяжении десятков лет норманистская точка зрения происхождения Руси прочно была в исторической науке на правах совершенно точной и непогрешимой теории. Причем среди ярых сторонников норманнской теории, кроме зарубежных историков, этнографов, было множество и отечественных ученых. Этот обидный для России космополитизм вполне наглядно демонстрирует, что долгое время позиции норманнской теории в науке вообще были прочны и непоколебимы. Лишь со второй половины нашего века норманизм утратил свои позиции в науке. В данное время эталоном является утверждение, что норманская теория не имеет под собой почвы и в корне неправильна. Впрочем, и та и другая точка зрения должна быть подтверждена доказательствами. На протяжении всей борьбы норманистов и антинорманистов первые и занимались поиском этих самых доказательств, зачастую сфабриковывая их, а другие старались доказать беспочвенность догадок и теорий, выводящихся норманистами.

    Согласно норманской теории, основанной не неправильном толковании русских летописей, Киевская Русь была создана шведскими викингами, подчинив восточно-славянские племена и составившими господствующий класс древнерусского общества, во главе с князьями-Рюриковичами. Что же послужило камнем преткновения? Несомненно, статья в “Повести временных лет”, датированная 6370-м годом, что в переводе на общепринятый календарь — год 862-й : ”В лето 6370. Изъгнаша Варяги за море, и не даша имъ дани, и почаша сами в собе володети, и не бе в них правды, и въста родъ на родъ, и почаша воевати сами на ся. И реша сами в себе: "поищем собе князя, иже бы володел нами и судил по праву". И идоша за морк к варягам, к Руси; сице бо тии звахуся Варязи Русь, яко се дркзии зовутся Свие, друзии же Урмане, Анъгляне, друзии Гъте, тако и си. Реша Руси Чудь, и Словени, и Кривичи вси: "земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет, да поидите княжить и володети нами. И изъбрашася 3 братья со роды своими, и пояша по собе всю Русь, и приидоша к Словеном первое, и срубиша городъ Ладогу, и седе в Ладозе старей Рюрик, а другий, Синеус, на Беле-озере, а третий Избрьсте, Труворъ. И от техъ варягъ прозвася Руская земля ."

    Этот отрывок из статьи в ПВЛ, принятый на веру рядом историков, и положил начало построению норманнской концепции происхождения Русского государства. Норманнская теория содержит в себе два общеизвестных пункта: во-первых, норманисты утверждают, что пришедшие варяги есть скандинавы и они практически создали государство, что местному населению было не под силу; и, во-вторых, варяги оказали огромное культурное влияние на восточных славян. Общий смысл норманнской теории совершенно ясен: скандинавы создали русский народ, подарили ему государственность, культуру, вместе с тем подчинив его себе.

    Хотя данное построение было впервые упомянуто составителем летописи и с тех пор на протяжении шести веков обычно включалось во все сочинения по истории России, общеизвестно, что официальное распространение норманнская теория получила в 30-40-е годы XVIII века во времена "бироновщины", когда многие высшие должности при дворе были заняты немецкими дворянами. Естественно, что и весь первый состав Академии Наук был укомплектован немецкими учеными. Считается, что создали эту теорию немецкие ученые Байер и Миллер под влиянием политической обстановки. Чуть позже эту теорию развил Шлетцер. На опубликование теории мгновенно среагировали некоторые русские ученые, в особенности М. В. Ломоносов. Надо полагать, что эта реакция была вызвана естественным чувством ущемленного достоинства. Действительно, любой русский человек должен был воспринять эту теорию как личное оскорбление и как оскорбление русской нации, в особенности такие люди, как Ломоносов. Именно тогда начался спор по норманнской проблеме. Загвоздка в том, что противники норманнской концепции не могли опровергнуть постулаты данной теории из-за того, что изначально стояли на неверных позициях, признавая достоверность летописного рассказа-первоисточника, и спорили лишь об этнической принадлежности славян.

    Норманисты упирали на то, что термином "русь" обозначались именно скандинавы, а их противники готовы были принять любую версию, лишь бы не дать норманистам фору. Антинорманисты готовы были говорить о литовцах, готах, хазарах и многих других народах. Понятно, что с таким подходом к решению проблемы антинорманисты не могли рассчитывать на победу в данном споре. Как следствие, к концу XIX века явно затянувшийся спор привел к заметному перевесу норманистов. Количество сторонников норманнской теории выросло, а полемика со стороны их противников стала ослабевать. На ведущую роль в рассмотрении этого вопроса выдвинулся норманист Вильгельм Томсен. После того, как в России в 1891г. была опубликована его работа "Начало Русского государства", где были с наибольшей полнотой и ясностью сформулированы основные аргументы в пользу норманнской теории, многие русские историки пришли к мнению, что норманнское происхождение Руси можно считать доказанным. И хотя антинорманисты продолжали свою полемику, большинство представителей официальной науки встало на норманистские позиции. В ученой среде установилось представление о произошедшей в результате опубликования работы Томсена победе норманистической концепции истории Древней Руси. Прямая полемика против норманизма почти прекратилась. Так, А.Е.Пресняков полагал, что "норманистическая теория происхождения Русского государства вошла прочно в инвентарь научной русской истории". Также основные положения норманнской теории, т.е. норманнское завоевание, ведущую роль скандинавов в создании Древнерусского государства признавало подавляющее большинство советских ученых, в частности М.Н.Покровский и И.А.Рожков. По мнению последнего на Руси "государство образовалось путем завое-ваний, сделанных Рюриком и особенно Олегом". Это высказывание как нельзя лучше иллюстрирует положение, сложившееся в русской науке в то время.

    Надо отметить, что в XVIII начале XX века западно-европейские историки признавали тезис об основании скандинавами Древней Руси, но специально этой проблемой не занимались. На протяжении почти двух столетий на Западе было всего несколько ученых-норманистов, кроме уже указанного В.Томсена можно назвать Т.Арне. Положение изменилось лишь в двадцатых годах нашего столетия. Тогда к России, уже успевшей стать советской, резко возрос интерес. Это отразилось и на трактовании русской истории. Стало публиковаться множество работ по истории России. Прежде всего должна быть названа книга крупнейшего ученого А.А.Шахматова, посвященная проблемам происхождения славянства, русского народа и Русского государства. Отношение Шахматова к норманской проблеме всегда было сложным. Объективно его труды по истории летописания сыграли важную роль в критике норманизма и подорвали одну из основ норманнской теории. На основании тексто-логического анализа летописи, им установлен поздний и недостоверный характер рассказа о призвании варяжских князей. Но вместе с тем он, как и подавляющее большинство русских ученых того времени, стоял на норманистских позициях! Он пытался в рамках своего построения согласовать противоречивые показания Начальной летописи и нерусских источников о древнейшем периоде истории Руси. Возникновение государственности на Руси представлялось Шахматову последовательным появлением в Восточной Европе трех скандинавских государств и как результат борьбы между ними. Здесь мы переходим к некой концепции, четко опреде-ленной и несколько более частной, чем ранее описанные. Итак, по Шахматову, первое государство скандинавов было создано пришедшими из-за моря норманнами-русью в начале IX века в Приильменье, в районе будущей Старой Руссы. Именно оно было "русским каганатом", известным по записи 839 года в Бертинских анналах. Отсюда в 840-е годы норманнская русь двинулась на юг, в Поднепровье, и создала там второе норманнское государство с центром в Киеве. В 860-е годы северные восточнославянские племена восстали и изгнали норманнов и русь, а затем пригласили к себе из Швеции новое варяжское войско, создавшее третье норманско-варяжское государство во главе с Рюриком. Таким образом, мы видим, что варяги, вторая волна скандинавских пришельцев, начали борьбу с ранее пришедшей в Восточную Европу норманнской русью; победило варяжское войско, объединившее Новгородскую и Киевскую землю в одно варяжское государство, принявшее от побежденных киевских норманнов имя "Русь". Само название "Русь" Шахматов производил от финнского слова "руотси" — обозначения шведов и Швеции. C другой стороны, В.А.Пархоменко показал, что высказанная Шахматовым гипотеза слишком сложна, надуманна и далека от фактической основы письменных источников.
    Также крупным норманистским сочинением, появившимся в нашей историографии в 20-е годы, была книга П.П.Смирнова "Волжский путь и древние руссы". Широко используя известия арабских писателей IX-XI вв., Смирнов стал искать место возникновения Древнерусского государства не на пути "из варяг в греки", как это делалось всеми предшествующими историками, а на волжском пути из Балтики по Волге к Каспийскому морю. Согласно концепции Смирнова, на Средней Волге в первой половине IX в. cложилось первое государство, созданное русью — "русский каганат". На Средней Волге Смирнов искал "три центра Руси", упоминаемые в арабских источниках IX-Xвв. В середине IX века, не выдержав натиска угров, норманны-русы из Поволжья ушли в Швецию и уже оттуда после "призвания варягов" вновь переселились в Восточную Европу, на этот раз в Новгородскую землю. Новое построение получилось оригинальным, но не убедительным и не было поддержано даже сторонниками норманской школы. Далее в развитии спора между сторонниками норманнской теории и антинорманистами произошли кардинальные изменения. Это было вызвано некоторым всплеском активности антинорманистского учения, который произошел на рубеже 30-х годов. На смену ученым старой школы приходили ученые молодого поколения. Но вплоть до середины 30-х годов у основной массы историков сохранялось представление о том, что норманский вопрос уже давно решен в норманистском духе. Первыми с антинорманистическими идеями выступили археологи, направившие свою критику против положений концепции шведского археолога Т.Арне, опубликовавшего свою работу "Швеция и Восток". Археологические исследования русских археологов 30-х годов дали свои материалы, противоречащие концепции Арне. Обосновывавшаяся Арне на археологическом материале теория норманнской колонизации русских земель получила, как ни странно, в последующие десятилетия поддержку со стороны языковедов. Была сделана попытка при помощи анализа топонимики Новгородской земли подтвердить существование в этих местах значительного числа норманнских колоний. Это новейшее норманистское постро-ение было подвергнуто критическому разбору А. Рыдзевской, которой было высказано мнение о важности, при изучении этой проблемы, учитывать не только межнациональные, но и социальные отношения на Руси. Однако эти критические выступления еще не меняли общей картины. Названный ученый, как, впрочем, и другие русские исследователи, выступали против отдельных норманистских положений, а не против всей теории в целом.

    После войны в науке произошло то, что и должно было произойти: полемика советской науки с норманизмом стала перестраиваться, от борьбы с учеными построениями прошлого века начали переходить к конкретной критике ныне существующих и развивающихся норманистских концепций, к критике современного норманизма, как одного из главных течений зарубежной науки.

    К тому времени в норманистской историографии существовало четыре основных теории:

    1)Теория завоевания: Древнерусское государство было, согласно этой теории, создано норманнами, завоевавшими восточнославянские земли и установившими свое господство над местным населением. Это самая старая и наиболее выгодная для норманистов точка зрения, так как именно она доказывает "второсортность" русской нации.

    2)Теория норманнской колонизации, принадлежащая Т.Арне. Именно он доказывал существование в Древней Руси скандинавских колоний. Норманисты утверждают, что варяжские колонии были реальной основой для установления господства норманнов над восточными славянами.

    3)Теория политической связи Шведского королевства с Русским государством. Из всех теорий эта теория стоит особняком из-за ее фантастичности, не подкрепленной никакими фактами. Эта теория принадлежит также Т.Арне и может претендовать лишь на роль не очень удачной шутки, так-как является просто выдуманной из головы.

    4)Теория, признававшая классовую структуру Древней Руси IX-XI вв. и господствующий класс как созданные варягами. Согласно ей, высший класс на Руси был создан варягами и состоял из них. Создание норманнами господствующего класса большинством авторов рассматривается как прямой результат норманского завоевания Руси. Сторонником этой идеи был А.Стендер-Петерсен. Он утверждал, что появление норманнов на Руси дало толчок к развитию государственности. Норманны — необходимый внешний "импульс", без которого государство на Руси никогда бы не возникло.
    2. Что говорят антинорманисты.

    “Нет ничего труднее, как искоренять за­блуждения, существующие веками. К таким заблуждениям относится и так называемая “норманская” теория, согласно которой существовало гер­манское племя Русь, которое и создало государственность, культуру и даже пе­редало свое имя тому государству, ко­торое стало называться Русью, а позже Россией. Несмотря на то, что в последнее время появились книги, брошюры, многочисленные журнальные и газет­ные статьи, в которых несостоятельность норманской те­ории доказана неопровержимо, несмотря на то, что эта теория отброшена совершенно в стране, о которой идет речь, — до сих пор находятся авторы или развязные лек­торы, повторяющие все ту же навязшую в зубах историю о призвании германцев, что слово “Русь” происходит от “руотси”, о владычестве германцев над Русью, о варяж­ских княжествах на Волге и Каме и т. д.” (С.Парамонов(Лесной).

    Согласно антинорманской теории, “варяги”, явившиеся на Русь, были по национальности славянами и при­глашены в Новгород потому, что мужская линия древней славянской новгородской династии угасла. Они же были представителями ее женской линии — внуками послед­него новгородского князя Гостомысла от его средней до­чери, вышедшей замуж за славянского князя на Западе. Призывали своих — славян, а не чужих — германцев. Никакой существенной роли в создании государст­венности, культуры и т. д. Древней Руси германцы не сыграли. И государственность, и культура были свои, со­зданные еще веками до этого своими руками. Уже во 2-й половине IX века в Восточной Европе су­ществовало два больших славянских государства — Нов­городское (Русью еще не называвшееся) и Киевское (но­сившее имя Руси). Эти государства имели своих князей, свои династии, свою собственную, довольно высокую культуру и широкие связи в Европе: в Новгороде отлич­но знали, что делается на Эльбе, Дунае, Днепре и на До­ну. Представления прежних историков о дикости тог­дашних руссов являются и впрямь дикими по своему не­соответствию с действительностью.

    Так что же все-таки говорит летопись? Начнем с классического: “Земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет, да пойдете княжить и володеть нами”. Так говорили посланцы северных племен братьям-варягам во главе с Рюриком. Поняли (и перевели всюду) так: “а порядка в ней нет”. Не только неверно перевели, но и возвели эти слова в принцип всей нации, создали своего рода “кредо”, что руссам органически свойствен беспорядок. Отсюда пошло дальнейшее самооплевывание и само­уничижение, которые буквально вошли в плоть и кровь. А между тем в летописи стоит совершенно иное, ска­зано: “а наряда в ней нет”. Наряд — вовсе не значит “по­рядок", а “власть”, “управление”, “приказ”. В нашем языке до сих пор еще бытует выражение “наряд на дро­ва", “наряд на квартиру” и т. д. Это означает распоряже­ние на выдачу дров, квартиры и т. д. Посланцы сказали братьям-варягам: “Земля наша ве­лика и обильна, а управления в ней нет, приходите кня­жить и владеть нами". Что это именно так, видно из то­го, что в некоторых списках летописей вместо слов “а наряда в ней нет” стоит “а нарядника в ней нет”. Становится видно то, что стоит за этими словами: князь умер, наследников нет, власть отсутствует, налицо раздоры — посланцы едут приглашать нового князя. Наконец, нельзя же отказывать нашим предкам в уме: ну, кто скажет, что земля наша велика и обильна, а все в беспорядке? Ведь если бы действительно было так, то у них хватило бы сообразительности не отпугивать канди­датов в князья заявлением, что они приглашают их в страну, где господствует беспорядок. Уже на основании этого примера можно сказать, что наши истори­ки, не знали достаточно хорошо значение древ­них русских слов и не вдумывались в реальность минув­шего. Нашу историю начали писать немцы, которые даже вообще не знали или плохо знали русский язык. А за ними, как за непререкаемыми авторитетами, пошло и пошло: “по­рядка в ней нет”.

    Admin
    Admin

    Сообщения : 74
    Дата регистрации : 2011-01-27

    Факторы образования

    Сообщение  Admin в Пн Янв 31, 2011 9:24 pm

    Образование

    1. Факторы

    Из ряда существующих в советской Древнерусского обусловившие исторической науке концепций государства образование происхождения славян наиболее государства: полно отвечает требованиям современной науки так называемая Днепровско-Одерская концепция происхождения славян академика Б. А. Рыбакова, в соответствии с которой с сере дины II тыс. до н.э. в северной части Восточной Европы между Днепром и Одером проживали древнейшие праславяне выделившиеся к этому времени из состава индоевропейцев. По мнению Седова и некоторых других ученых, историю праславян следует вести приблизительно с середины I тыс. до н.э.

    а) социальные;

    В письменных источниках, относящихся к началу нашей эры, славяне упоминаются под названием "венеды".

    Известно, что венеды вели оседлый образ жизни, знали пашенное земледелие. У них существовала внутренняя торговля, связанная с развитием ремесла, и внешняя торговля, в частности, с Римом. Торговля ускоряла процесс дифференциации общества, способствовала появлению богатой социальной верхушки. Малая семья, состоящая из мужа, жены, детей, становилась составной частью важнейшей социальной клеточки общества - сельской общины. В сельской территориальной общине выделялись отдельные, зажиточные семьи, обладавшие определенной собственностью. В VI в. усиливается военная и политическая власть. Все это ускоряло имущественную и социальную дифференциацию славянского общества, и формирование в ней классовых отношений. По мере углубления социальной дифференциации в союзах племен все более усиливалось государственное начало, что неизбежно вела в конечном счете к образованию государства. Но этот процесс потребовал длительного времени.

    б) внешнеполитические

    Неблагоприятно складывается и внешнеполитический фактор. На экономическом развитии славян тяжело отразилось нашествие гуннов. В результате этого задержалось и их собственное развитие. Как считал М. Н. Тихомиров, о причинах возникновения государства было "развитие земледелия и ремесла в области экономики, развитие феодализма - в области общественных отношений". Так в VII-VIII вв.

    в связи с ростом производительности труда становилось вполне возможной индивидуализация производства. Подготавливались условия для перехода от раннеклассовых отношений к феодализму. Экономический прогресс у восточных славян являлся движущей силой их общественного раз вития. При условии существования индивидуальных хозяйств дополнительный продукт, получаемый в них и достигавший значительных размеров, становился собственностью производителя и мог являться источником обогащения. Так возникло сначала имущественное, а потом и социальное неравенство. Так же в это время складывалась и росла частная собственность у зажиточных членов общины.

    Формировалась социальная верхушка общества.

    в) общественные

    Большое значение для образования государства имели союзы племен. В начале существования таких союзов племен, формой организации управления была военная демократия. Однако при этом еще долгое время сохранялась первобытные демократические учреждения - народные собрания и совет старейшин: Но народное собрание превращалось в собрание воинов, которому военный предводитель, окруженный и поддерживаемый дружиной, навязывал свою волю, приобретая все большее влияние и власть за счет других старейшин. Таким образом, шел процесс преобразования органов общественного самоуправления в государственные органы. Военная демократия постепенно перестала в военно-иерархическое правление-княжение. Органы общественного самоуправления превращались в органы господства и угнетения, направленные против народа. Завершалось тем самым оформление государственного строя, важнейшим признаком которого было по явление особой, не совпадающей непосредственно с населением, отделенной от него публичной власти, располагающей специальным аппаратом управления и распространяющейся на определенную территорию. Военный предводитель крупного союза племен превращался в правителя - князя. Главенство князей приобретало характер осуществления властных классовых функций. Приближенные князя становились его советниками и наместниками. Дружина превращалась в военную силу, которая подавляла сопротивление эксплуатируемых масс и вела захватнические и оборони тельные войны. Указанный процесс преобразования органов общественного самоуправления в государственные органы не был актом единовременным для всех союзов восточнославянских племен. В VIII в. в условиях борьбы с кочевниками в Среднем Приднепровье произошло объединение нескольких союзов племен или княжений в "союз союзов" под названием "Русь", столицей которого стал Киев.

    г) "Союзы союзов", объединявшие по несколько союзов племен-княжений, являлись новыми образованьями и отражали более высокий этап в процессе восточнославянской консолидации.

    Примерно на рубеже VIII-IX вв. приднепровский союз союзов племен "Русь" перерастает еще более мощное объединение с названием "Русская земля", включавшее значительное число союзов славянских племен. Летопись их перечисляет: Русь, Поляне, Древляне, Полочане, Дреговичи, Север. Это уже почти половина восточных славян. Правила в этом государственном объединении, по своей вероятности, династия Кия, представителями которой в середине IX в. были, по сообщению летописи, князья Дир и Аскольд.

      Текущее время Вт Май 30, 2017 3:42 am